ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска
  2. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  3. Сначала почти лето, потом понадобятся зонты. Прогноз погоды на неделю
  4. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  5. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления
  6. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  7. В Минске дорожает проезд в городском общественном транспорте
  8. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде
  9. «Знала много чувствительной информации, и не только о нас»: Павел Латушко — о возможном появлении Мельниковой в Минске
  10. Россия может готовить наступление на Донбассе: что фиксируют аналитики
  11. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения


Суд в Аргентине приговорил к 15 годам заключения бывшего полицейского Марио Сандоваля, который сорок лет назад, во времена военной диктатуры, служил в одном из самых печально известных пыточных центров страны, пишет Русская служба Би-би-си.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

69-летнего Сандоваля признали виновным в похищении и пытках студента Эрнана Абриаты, который придерживался левых взглядов, пропал в 1976 году и считается погибшим.

После падения хунты Сандоваль бежал из страны и поселился во Франции, где стал читать лекции в университете, однако в 2019 году Франция выдала его Аргентине.

Бывшего полицейского обвиняли в причастности к похищению и пыткам сотен активистов левого движения в период с 1976 по 1983 год, когда страной правили военные. Однако в суде было заслушано только одно дело — студента архитектурного института Эрнана Абриаты, которого полиция выволокла из дома в 1976 году и бросила в самую большую тайную тюрьму Аргентины, которая была устроена в Школе механиков ВМС Аргентины (ESMA). О его дальнейшей судьбе ничего не известно.

Считается, что через эту тюрьму прошло более 5 тыс. аргентинцев, выступавших против военной хунты. В живых осталось лишь около ста.

Заключенных допрашивали и пытали. Многих из них под конец накачивали наркотиками и сбрасывали с самолетов в океан.

По словам переживших ужасы заключения в тюрьме ESMA, Марио Сандоваль был одним из самых страшных палачей. Они говорят, что он любил привязывать заключенных к металлическим рамам кроватей и пытать их электрошокером для скота.

Через два года после того, как военные в Аргентине были отстранены от власти, Сандоваль перебрался во Францию. Там он устроился работать консультантом по вопросам обороны и безопасности, получил французское гражданство и в течение шести лет даже преподавал в качестве приглашенного лектора в Институте стран Латинской Америки при Сорбонне.

Лишь в 2008 году в лекторе Сандовале опознали бывшего полицейского, подозреваемого в похищениях и пытках сотен аргентинских активистов. После продолжительного судебного разбирательства Высший административный суд Франции постановил, что его можно экстрадировать на родину, поскольку преступления, в которых он обвиняется, были совершены еще до того, как он получил французское гражданство.

Суд над лектором-палачом начался в Буэнос-Айресе в сентябре этого года. Сандоваль до самого конца отрицал свою причастность к похищению и исчезновению Эрнана Абриаты и встретил приговор с каменным лицом.

Что касается пропавшего студента, то никаких новых подробностей о его судьбе суд не выяснил. Абриата был одним из примерно 30 тыс. аргентинцев, исчезнувших без следа во времена хунты.

Впрочем, шесть лет назад всплыла одна трагическая и трогательная подробность: на стене одной из камер бывшей тюрьмы, ныне превращенной в музей и мемориал, было обнаружена надпись «Mónica te amo» (Моника, я люблю тебя), адресованная жене Эрнана, Монике Диттмар, и его инициалы под этим посланием.