ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  2. США снимают санкции с «Белинвестбанка», Банка развития и Министерства финансов
  3. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска
  4. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  5. Спецпосланник Трампа Коул опубликовал первую фотографию освобожденных политзаключенных
  6. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления
  7. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  8. В Минске дорожает проезд в городском общественном транспорте
  9. Россия может готовить наступление на Донбассе: что фиксируют аналитики
  10. Из России пришла новость по валюте. Рассказываем, как это может ударить по беларусскому рублю
  11. «Не знала, что беларусы нас так ненавидят». Россияне массово решили переехать в Беларусь и удивились реакции
  12. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  13. США снимают санкции, Минск отпускает 250 политзаключенных. Аналитики — об итогах переговоров посланника Трампа с Лукашенко
  14. «Знала много чувствительной информации, и не только о нас»: Павел Латушко — о возможном появлении Мельниковой в Минске
  15. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде


/

Ночью 29 июля во дворе дома № 72 на столичной улице Матусевича разбился беспилотник. Как утверждают очевидцы, устройство врезалось в дом, после чего упало на припаркованный автомобиль и взорвалось. Никто не пострадал, обломки беспилотника задели два автомобиля. Почему власти не предупредили жителей о приближающейся угрозе — не разослали СМС или не объявили воздушную тревогу? «Зеркало» задало этот вопрос МЧС и изучило законодательные акты.

Обломок устройства, упавшего во дворе дома на улице Матусевича. Минск, 29 июля 2025 года. Фото: Следственный комитет
Обломок устройства, упавшего во дворе дома на улице Матусевича. Минск, 29 июля 2025 года. Фото: Следственный комитет

Что говорят в МЧС?

В приемной Минского городского управления МЧС, куда журналистка «Зеркала» обратилась как обеспокоенная гражданка, не смогли ничего пояснить по сути.

— Почему не было какого-то оповещения, какой-то информации? Люди очень испугались. Почему никто не прислал СМС?

— Что я могу подсказать? Можете свой вопрос адресовать на службу 101, 112. Я думаю, вас переключат и проинформируют.

— Но ведь это телефоны экстренных служб.

— Могу вам порекомендовать оставить письменное обращение через систему электронных обращений, мы дадим вам ответ.

А что говорит закон?

Конкретно падение беспилотника в беларусском законодательстве не упоминается. Однако нормы обязывают органы власти заблаговременно информировать население о возникновении опасностей. Например, Закон «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» предусматривает, что уполномоченные органы обеспечивают «своевременное информирование населения об угрозе возникновения или о возникновении чрезвычайных ситуаций».

Конечно, власти могли предупредить жителей только о тех угрозах, о которых сами знали заранее. Сейчас сложно сказать, что конкретно им было известно и как долго они располагали этой информацией.

Минобороны утверждает, что «неопознанную воздушную цель» обнаружили около двух часов ночи, а сбили в 2:33. В таком случае в запасе было полчаса.

Однако очевидец сообщал «Зеркалу», что слышал специфический «звук мопеда» около 1.40−2.00 в районе Острошицкого Городка и Боровлян. Эксперт организации iSANS также поставил под вопрос хронологию инцидента, озвученую властями. По его мнению, временные расхождения могут указывать на то, что беспилотник был обнаружен лишь на подлете к городу, когда времени на адекватную реакцию уже практически не осталось.