Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Беларусы вскоре столкнутся с еще одним финансовым ограничением в ЕС — подробности
  2. «Надо успеть, пока окно не закроется». Основатель EPAM рассказал трогательную историю своей семьи — минское гетто и эмиграция в 90-е
  3. Ответственность для нетрезвых самокатчиков ужесточили, а для «случайных» бесправников — смягчили. В ГАИ рассказали об изменениях
  4. «Белтелеком» ввел новшества для клиентов
  5. Лукашенко рассказал, в чем он преуспел, и заявил, что новый президент появится «задолго до того, как я уйду в мир иной»
  6. Для водителей в 2026 году ввели несколько изменений. Подборка новшеств, которые вы могли пропустить
  7. Есть погибшие и раненые, были заложники. В Киеве мужчина открыл стрельбу на улице и пошел в супермаркет
  8. Банки анонсировали новшества на май
  9. Зеленский: «Поручил по соответствующим каналам предупредить фактическое руководство Беларуси о готовности Украины защищать свою землю»


/

Ученые обнаружили новые физические изменения в крови людей с лонг-ковидом — и это открытие может приблизить медицину к диагностике и будущему лечению состояния, которое остается загадкой уже несколько лет, пишет ScienceAlert.

Изображение используется в качестве иллюстрации. Фото: Reuters

Международная группа исследователей из Франции и Южной Африки изучила образцы крови 50 пациентов с длительными последствиями COVID-19 и сравнила их с образцами 38 здоровых добровольцев. Анализ выявил необычные микроструктуры, которые могут быть связаны с такими симптомами, как хроническая усталость, «туман в голове» и проблемы с концентрацией.

Одно из объяснений длительных симптомов — микротромбы, крошечные, но стойкие сгустки крови, которые впервые описала физиолог Резия Преториус в 2021 году. Они меньше обычных тромбов, но достаточно велики, чтобы нарушать кровоток в капиллярах.

В 2022 году генетик Ален Тьерри из Университета Монпелье и его коллеги обнаружили у пациентов с лонг-ковидом повышенные уровни NETs — нейтрофильных внеклеточных ловушек. Это липкие сети из ДНК и ферментов, которые выделяют иммунные клетки, чтобы захватывать патогены. Обычно такие ловушки быстро разрушаются, но при избытке могут способствовать воспалению и проблемам с кровообращением.

В свежем исследовании, которое объединило разработки Преториус и Тьерри, ученые показали: микротромбы и NETs не просто присутствуют в крови пациентов отдельно, но и взаимодействуют друг с другом.

С помощью микроскопии и проточной цитометрии исследователи выяснили, что у больных лонг-ковидом: микротромбов почти в 20 раз больше, чем у здоровых людей; эти микротромбы заметно крупнее; уровень NETs также повышен и растет вместе с увеличением количества микротромбов.

Микротромб у пациента с COVID-19. Зелёные области — это аномальные липкие белки, а красные и синие — клеточный материал. Изображение: Dr. Chantelle Venter
Микротромб у пациента с COVID-19. Зеленые области — это аномальные липкие белки, а красные и синие — клеточный материал. Изображение: Dr. Chantelle Venter

Самым неожиданным стало то, что NETs оказались физически встроены в структуру микротромбов. Это наблюдалось у всех участников исследования, но у пациентов с лонг-ковидом связь была особенно выраженной. Такое сцепление может делать микротромбы более устойчивыми к разрушению, что мешает организму очищать кровь.

«Эти взаимодействия, если выходят из-под контроля, могут становиться патологическими», — объясняет Тьерри.

Разница оказалась настолько значительной, что при анонимизации образцов искусственный интеллект смог определить, какие из них принадлежат людям с лонг-ковидом, с точностью в 91%. Это намекает на возможность создания простого теста для диагностики состояния, которое до сих пор сложно подтвердить стандартными анализами.

Ученые подчеркивают, что работа находится на ранней стадии и пока рано утверждать, что именно микротромбы и NETs вызывают симптомы. Но если удастся понять, как эти структуры участвуют в развитии лонг-ковида, появится шанс на создание целевых методов лечения.

Исследование опубликовано в Journal of Medical Virology.